С Димой Оскесом можно беседовать часами, в его голове вращаются галактики интереснейших мыслей и суждений, и все они достойны быть напечатанными и повешенными в рамку на стену. Поэтому после почти двухчасовой беседы нам было очень сложно решить, какую часть текста оставить для публикации. Дима - один из основателей известной уже во всем мире выставки уличной культуры FACES&LACES. Вместе с Еленой Головлевой и Алексеем Аксеновым ребята делают выставку с 2006 года, и в этом году ей исполняется 10 лет. Faces&Laces - это, наверное, единственное масштабное мероприятие в России, которое объединяет искусство, дизайн и экшн-спорт - вещи, которые на Западе всегда ассоциировались вместе, а в России до недавних пор воспринимались массами как совершенно далекие друг от друга культуры.


Large fl14 view

Я вообще хотела зайти немножко из общих тем, и сравнить, вот в Штатах например, стрит культура была всегда связана со скейтбордингом так или иначе. А у нас в России, мне кажется, сейчас появляются какие-то тенденции, что люди начинают как-то связывать скейтбординг уже с уличной культурой в целом, я имею в виду и с граффити, и с музыкой. Раньше эти вещи существовали вообще раздельно. Если я не права, ты меня поправь. Как тебе кажется, какие сейчас вообще тенденции у слияния этих направлений? В частности, как это выражается у вас на выставке?


Мне кажется, вся связь, о которой мы говорим – это очень индивидуально, на самом деле. Я тебе могу привести такой пример, очень банальный: в конце 90-х был такой большой всплеск интереса к продукту из мира экшн-спорт, не важно, это сноубордический или скейтбордический продукт, те же самые часы G-SHOCK или тому подобное. Тогда это было просто очень модно у молодой аудитории, люди хотели этим продуктом обладать и каким-то образом себя ассоциировать с тем или иным сообществом, с городом. И скейтбординг тогда очень вдохновлял. Я тебе могу сказать, что я никогда на доске не катался, но скейтбординг все равно в моей жизни присутствовал, хотел я этого или нет. Я вышел из граффити сообщества, и меня окружали люди, которые к граффити имели полноценное отношение – московские активные райтеры, музыкальная тусовка, и внимание к скейтбордингу было абсолютно у всех, у людей совсем не катающихся. Мы собирали скейтбордические видео, переписывали друг у друга на VHS, смотрели только из-за саундтрека или только из-за атмосферы того или иного города. Можно было Нью-Йорк посмотреть того времени, можно было просто посмотреть на профессионально катающихся субкультурных людей, на то, как они одеваются и какая музыка сопровождает это катание. Это, безусловно, супер вдохновляло. Тогда в моём круге общения скейтбордические или сноубордические бренды были огромным вдохновением для того, чтобы собрать какой-то свой личный образ и обозначить позицию. 


Я тебе могу сказать, что я никогда на доске не катался, 
но скейтбординг все равно в моей жизни присутствовал,  
хотел я этого или нет. 
Мы собирали скейтбордические видео, переписывали друг у друга на VHS,  
смотрели только из-за саундтрека  
или только из-за атмосферы того или иного города.  


А ведь я об этом очень часто говорю: субкультурная самоидентификация для молодых людей очень важна. Для того, чтобы показать, к какому сообществу ты относишься, почему у тебя такие или иные взгляды. И никуда от этого не деться – вещи, твой внешний вид тут играют огромную роль. Ну и твоя активность, безусловно. Вот скейтбординг, он присутствовал всегда в моей жизни, хотя я и не катался. На Западе много художников вообще пришло в индустрию скейтбординга, и эти художники были с улицы, с соответственным опытом. И всегда я задавался таким вопросом – как у них это получается? Почему и как уличный художник приходит и работает с тем или иным скейтбордическим брендом? И на мой взгляд, как раз скейтбордические и сноубордические бренды были одними из первых, кто стал работать с уличными художниками именно в таком масштабе. И по сути, многие художники сделали первые серьезные карьерные успехи благодаря сотрудничеству с экшн-спортс брендами в то время. Меня это очень вдохновляло тогда, и поэтому я не могу сказать, что скейтбординг был где-то там отдаленно. Он был всегда и сейчас присутствует в моей жизни. Я уж не говорю о том, что есть те же самые скейтбордисты, разные активисты из мира экшн-спортс, которые являются тоже вполне состоявшимися творческими личностями. Да, они фотографируют, они рисуют, они снимают и вдохновляют всю индустрию. И в наше уже современное время, FACES&LACES старается это взаимодействие документировать и транслировать через разные проекты.


  • Height 523 f l 2008 32 F&L 2008

Зная много спортсменов, работая с разными брендами, больше всего творческих людей я видела именно в скейтбординге, да и в сноубординге и серфинге их тоже очень много. Почему так? С чем это связано? С сутью самого спорта?


В экшн-спорте больше области для выражения своей точки зрения, своей позиции через какие-то движения. Это максимальная возможность почувствовать свободу без определенных правил, потому что в той же самой легкой атлетике, том же самом футболе, в массовом спорте, правил намного больше, и они очень консервативны. На мой взгляд, скейтбординг, так же как и сноубординг, и серфинг – это очень анархически направленные культуры. Ты можешь делать все, что хочешь, тебе плевать на правила, их просто не существует. Доска может быть любого цвета, с любым принтом. Ты можешь с помощью этой доски всех послать на хрен. Ты можешь подчеркнуть свой образ. И плюс, через свой скилл обозначить свою позицию, свою точку зрения по отношению к окружающему миру. Мне кажется, в этом больше свободы и, безусловно, это имеет больше отношения к реальности. Потому что тот же самый футбол – это супер коммерциализированная и меркантильная индустрия. Скейтбординг - тоже большая индустрия, но, извините за такое сравнение, футбол – это настолько коммерциализированная история, где настолько просчитано и рассчитано все до мелочей с финансовой точки зрения и это такая гигантская экономика, что нам даже и не снилось. В скейтбординге же, на мой взгляд, искренности и диалога во всех направлениях намного больше. 


скейтбординг, так же как и сноубординг, и серфинг –  
это очень анархически направленные культуры. 
Ты можешь делать все, что хочешь, тебе плевать на правила,  
их просто не существует.


Еще, на мой взгляд, бэкграунд у скейтбординга, сноубординга и серфинга, помимо грандиозной истории, - это коммуникация разных сообществ, разных тусовок. Банально, но ты можешь без проблем помимо увлечения скейтбордингом быть параллельно граффити-райтером, художником, фотографом – кем угодно. Одно другому не мешает. Собственно, так же как и граффити, скейтбординг не привязан к какому-то одному месту, локации в городе. Ты можешь повсеместно заниматься своим любимым делом и передвигаться даже с ним по всему миру. В граффити мне всегда очень нравилось то, что эта субкультура в первую очередь про коммуникацию, про общение с людьми. Куда бы ты ни приехал, не важно, в какую точку мира, даже если ты не говоришь на одном языке с этими людьми, ты всегда найдешь единомышленников, которые тебе покажут и город изнутри, и без всякой фальши тебя погрузят в локальную культуру. То же самое и со скейтбордингом. Это действительно полная свобода, это реально настоящий и глубокий, независимый мир. 


Large 11 jim phillips santa cruz rob roskopp skateboard decks art graphics

Я обращаю внимание на то, что сейчас меньше людей выходит на улицы рисовать. Я имею в виду, рисовать что-то интересное. И по моим оценкам совершенно со стороны, сейчас время ребят таких как Партизанинг. Мне нравится то, что они делают. Не знаю, можно ли это назвать искусством. Какое у тебя сейчас вообще ощущение: действительно ли сейчас рисуют на стенах меньше, действительно ли сейчас создается больше таких, скорее, протестных движений, и можно ли это считать искусством?


То, что сейчас делает Партизанинг – это, безусловно, очень важно и нужно. Но это больше, конечно, активизм, нежели чистое искусство. Улица является очень хорошей платформой для того, чтобы до людей, до аудитории донести какую-то свою сформулированную идею. И очень правильно, что они этим занимаются, уделяют этому столько сил и делают это с умом. Мне нравится их подход. В целом, уличная активность действительно находится в стагнации, если говорить про Москву, про Петербург, про крупные города. Я не могу сказать, что это повсеместная деградация, но людей, у которых есть концептуальный подход, своя идея, кто действительно рисует или создает что-то свое, очень и очень мало. Коммерческих проектов, на самом деле, больше, чем настоящего уличного искусства, больше, чем настоящих уличных художников, как ни странно. 


  • Height 523 104255697 1080905 (c) partizaning
  • Height 523 63030 414875238609258 205379925 n (c) partizaning
  • Height 523 285486 134087850007997 100002203498282 246680 6359789 n 600x450 (c) partizaning
  • Height 523 10423269 original (c) partizaning
  • Height 523 gwtgdn1iioiy1dyjuvuykw article (c) partizaning

...достаточно посмотреть на то, что у нас сейчас рисуется «под государством»…


На самом деле, подобная история – это большой урон вообще всей культуре. Этот урон нанесла вот эта очень активная эксплуатация государственными институциями не только граффити, а вообще в целом уличного искусства, его образа и эстетики в своих целях. Они поняли, что это инструмент и можно как-то с этим работать. И, как я говорил, у меня нет тут претензий к самим художникам и райтерам, у меня больше вопрос возникает к кураторам и к арт-дирекции. Потому что, на мой взгляд, опыта у них очень мало, и они совершили ряд ошибок, которые повлекли за собой очень плохие результаты. И это в том числе поспособствовало тому, что в городе уличная активность упала… Я не знаю, это такой многогранный вопрос, просто тут нужно разделять, что мы подразумеваем под активностью. Потому что граффити – это одно направление, а во в всем уличном искусстве много категорий и направлений, с которыми ты в Москве даже и не сталкиваешься. В Москве сцена активных художников очень маленькая и все те художники, которые были активны 10-15 лет назад, активны до сих пор. Они до сих пор что-то делают, производят качественный продукт. А новых, к сожалению, появляются единицы. Регионы в этом плане развиваются немного быстрее. Но опять же, молодые поколения думают тенденциями, и эти тенденции очень быстро проходят. Два года что-то популярно, через два года это уходит на задний план. Появляется какая-то новая тенденция, которая захватывает молодых людей. Конечно же, и сам город тоже влияет на то, чтобы уличной активности было меньше. По крайней мере, в Москве в последнее время город стал как-то жестче всё контролировать. Но это не должно останавливать.


  • Height 523 1419058636
  • Height 523 6bf449ec395f9410522ef4ea0b296765
  • Height 523 dsc 3698140612msk фото: varlamov.livejournal.com

На мой взгляд, деградации способствуют не только кураторы с маленьким опытом и плохая арт-дирекция, а в том числе и неосведомленность медиа, ужаснейшая неосведомленность медиа. То есть сейчас 2016 год, а медиа до сих пор, фактически с конца 90-х не умеют работать с определениями. Всё подряд называется стрит-артом и эти повсеместные клише относительно того, что такое граффити, а что нет. То есть если ты спросишь у обычного человека «что такое стрит-арт или граффити?», он первым делом тебе ответит, что это Banksy или Шепард Фэйри. И эти клише дублируются, дублируются, до бесконечности и уже не первый год, как будто за этим нет ничего другого. И это, безусловно, очень расстаривает – в журналистике я не вижу поддержки и глубокого подхода к освещению этой темы. И я тебе могу сказать такую вещь, что в целом это не плохо: то, где мы сейчас находимся – это часть процесса, это часть нашей эволюции и рано или поздно мы прийдем к чему-то совершенно иному и более прогрессивному. И надо просто принимать данную ситуацию как факт. Но также, на мой сугубо личный взгляд, большой, но вполне логичный урон нашей локальной культуре визуальной, уличной, нанесла, как ни странно, западная граффити индустрия. 


Это интересно, она же, наоборот, ее и принесла. 


Да, с одной стороны она ее принесла и серьезно расширила наш кругозор, но смотря как смотреть на этот процесс. Я считаю, очень важно, когда в культуре присутствует некая локальная особенность, история, традиции. Когда это все уважается, соблюдается людьми, которые живут в городе. Это очень-очень важно. И до того момента, пока западные аэрозольные бренды массово не пришли в Россию, в граффити, у Москвы или у Петербурга было свое уникальное, собственное лицо. Потому что у нас не было таких инструментов как в западных странах. Мы, естественно, хотели эти инструменты получить, смотрели на это в журналах, на какие-то оттенки, цвета. У нас не было такого выбора в России, и мы использовали какие-то очень локальные методы. 


  • Height 523 rk1isxce0gichigpu4cvzw article
  • Height 523 kgu2mo4nvhgaalsbkzqg0g article
  • Height 523 cp8sb8mqwp9pl9 sugynba article
  • Height 523 xof ennizbiynmhc4qvrwa article

А что использовали?


Использовали дешевую аэрозольную автомобильную краску, использовали эмали, водоэмульсионку. А поскольку не было профессиональных инструментов, все работы были более грубыми, но при этом искренними. Соответственно, стилистика была более минималистичная. Поэтому 90% уличных художников, райтеров, работали с очень простыми формами. И это, безусловно, отличало Москву от других городов. Были очень популярны черный, серебро, классические для граффити цвета. Например у ABRO, российского-китайско-американского лако-красочного бренда. И поэтому они были самые популярные, они были и по качеству приемлемы на тот момент, и были доступны финансово. Поэтому их использовали повсеместно. И практически вся Москва была покрыта либо черно-серебряными, либо контрастными работами. В основном это были простые буквы, простые формы, это был минимализм, и этим Москва, конечно, очень сильно отличалась от других каких-то европейских городов. Но со временем пришли профильные аэрозольные бренды, появились журналы, появилась информация, общение в сети. С приходом информации и технологий, естественно, работы стали детальнее, сложнее, ну и пришли модные тенденции, актуальные на тот момент и популярные на Западе. Это очень сильно повлияло на локальную сцену, так как западная граффити культура считалась показателем качества. И со временем мы ушли от этих простых форм к более сложным. И сейчас мы можем наблюдать, как эти западные тенденции очень искоренили нашу культурную составляющую. Даже если ты посмотришь именно на граффити, не на уличное искусство, с кириллицей работают единицы. Для меня лично кириллица - это очень интересное направление, с которым я бы продолжил работать, если бы я до сих пор был бы активен в граффити.


  • Height 523 0 10f4f2 c25bb466 orig
  • Height 523 de9ifoduoguu2 xizjyqya article
  • Height 523 photos slide.jpg
  • Height 523 gyh5axf6r87rr8lnv7puca article

Кирилл Кто работает с кириллицей. 


Молодец. Я считаю, что он очень правильно делает. Вообще, если абстрагироваться от личных отношений и нюансов, Кирилл Кто – это очень хороший пример настоящего локального уличного художника. То есть он и художник, и уличный художник, и он использует инструменты, которые имеют отношение и к граффити, и к уличному активизму, и при этом он делает работы на злобу дня, строит диалог, работает с буквами, что тоже немаловажно. В его работах главное - это идея, а не красивая форма. Обычные люди реагируют на его вопросы и утверждения. И он активен. Поэтому, безусловно, ему большой плюс.


Если, допустим, очень образно говоря, у Британии есть Banksy, то считаю, что у нас тоже есть аналог. Это ЗАЧЕМ. Я считаю, что ЗАЧЕМ – это очень хороший пример нашей локальной, настоящей граффити культуры, и я рад, то что это именно ЗАЧЕМ, а не что-то другое. Очень здорово, что ЗАЧЕМ исторически сумели сохранить нашу локальную специфику еще с того времени, как только граффити в Москве появилось. Им за это, конечно, огромное уважение. Это чистое граффити, это работа с буквами, это работа с формой, это классические граффити цвета, это выбор локаций, мест и очень тонкий сарказм в отношении окружающей среды и действительности. 


Если, допустим,  у Британии есть Banksy, 
то считаю, что у нас тоже есть аналог. 
Это ЗАЧЕМ. 


Если говорить не только про граффити, а про уличную активность, то я тебе могу сказать, что она настолько мала, что ее просто нет. Фактически, она отсутствует у нас. «Стрит-арт», как понятное большинству определение, но не близкое мне, в Москве как явление отсутствует. Может быть рано или поздно он появится в каком-то более менее правильном виде, но не сейчас, так как нет активных уличных художников. Их просто нет. И я надеюсь, что ситуация изменится в лучшую сторону. 


Как мне кажется, это во многом обусловлено тем, что все уличные художники хорошие, которые были у нас, стали востребованы у всяких коммерческих брендов и у некоторых гос. структур типа того, чем занимается Сабина Чагина, и это конечно хорошее дело – привлекает ребят рисовать на фасадах. Я то же самое вижу в экшн-спортс фотографии. Сейчас практически нет ребят-фотографов, которым было бы интересно взять камеру, арендовать вспышку, пойти в скейт-парк, например, или созвонится с райдером, договориться, найти спот. Я знаю, раньше многие фотографы ездили по городу с блокнотиком и примечали разные споты, делали пометки, звонили райдерам, поднимали всех на уши и говорили – «Всё поехали! Там завтра снимем классный шот!» Сейчас практически никто так не делает. Появляются какие-то молодые ребята, но все опытные фотографы, типа Кирилла Умрихина или Данила Колодина, они уже давно просто так ничего не делают. Они работают на бренды. Конечно, они делают многие интересные проекты, но всё равно это не совсем то, что было раньше. То же самое и с граффити, ты уже не то чтобы как-то выражаешь себя, ты выражаешь уже бренд, условно…


А знаешь почему так происходит? Потому что нет идеи, которой ты живёшь. Нет идеи, зачем это нужно делать. Нет какой-то внутренней задачи. Я считаю, что Умрихин и Колодин делают отличный контент в своём сегменте. Безусловно, это очень профессионально. Но, конечно же, я не вижу уличных фотографов, которые бы снимали скейтбординг так, как это было в 80-х, в 90-х и в начале нулевых. Я не чувствую этого духа, который так близок мне. И это обусловлено тем, что у людей просто нет концепции, нет идеи. То есть, для кого это делать? Зачем? А если говорить про взаимодействие с брендами, то я не вижу тут ничего плохого. Можно делать коммерческий, но при этом интересный и глубокий продукт. А если при этом ещё и соблюдать какую-то свою собственную, независимую активность, то это просто замечательно.


  • Height 523 f l 2007 select 2 F&L 2007
  • Height 523 f l 2008 23 F&L 2008
  • Height 523 f l 20091 F&L 2009
  • Height 523 f l 2010 74 F&L 2010
  • Height 523 1.faceslaces 2011 11 F&L 2011
  • Height 523 img6 3239 F&L 2013
  • Height 523 photos original F&L 2014
  • Height 523 116 F&L 2015

Кто-то когда-то сказал хорошую фразу – «Просто потому что нет селекции». То есть, почему нет идей и почему люди не понимают зачем это делать?! Потому что в данном случае, в случае фотографии, нет достойных СМИ. Нет журнала с обложкой, на которую ты бы хотел попасть. Да просто нет журналов, в которые ты бы хотел попасть. 


Я с этим не очень согласен. Знаешь почему? Потому что нельзя ориентироваться только на медиа и на медиа носители. Потому что если мы говорим про творчество, надо быть активным в том направлении, которое тебе интересно. Быть искренне активным. И не надо ждать, что к тебе придет издание и тебе дадут какую-то возможность. Надо просто делать. В любом случае ситуация повернется так, что на тебя обратят внимание. Пусть это будет через двадцать лет после того, как ты начнешь. Ничего страшного. Но если тебе хочется коммуницировать с остальным миром, если ты видишь что нет достойного издания, я не вижу вообще проблемы, отсылай свои фотографии по всему миру, запусти в конце-концов свой зин (zine) или публикуй что-либо онлайн – банально, но интернет сейчас даёт много возможностей. Я считаю, что тут ситуация очень частная. Все зависит от того, насколько ты готов что-то сказать этому миру, что-то готов дать. На мой взгляд, сейчас у многих просто нет стимула, интернет упрощает нашу жизнь и в негативном ключе, развивает лень. 


если мы говорим про творчество,  
надо быть активным в том направлении, которое тебе интересно.  
Быть искренне активным.  
И не надо ждать, что к тебе придет издание и тебе дадут какую-то возможность.


Расскажи про выставку в этом году. Чего ожидать?


Сейчас я нахожусь в несколько психоделическом состоянии, потому что я не могу пока осознать тот факт, что выставка будет отмечать 10 лет. Для нас, для всего коллектива, это такой важный отрезок нашего профессионального пути. Эта некая психологическая граница, на которой нужно сделать остановку и посмотреть назад и попытаться осознать, какую дистанцию мы преодолели. Нам сложно поверить, что мы проделали такой объем работы за это время, и сейчас как раз тот самый момент проанализировать результаты всех наших проектов – и смежных, и самой выставки. В этом году мы будем через разные проекты, экспозиции и коллаборации рассказывать аудитории про историю FACES&LACES. Так получилось, что новые поколения, как аудитории, так и участников воспринимают FACES&LACES как данность, как нечто само собой разумеющееся, что проходит каждый год. И никто не задумывался о том, что у выставки тоже есть определенная и очень сложная история, определенный бэкграунд, четкая идеология. FACES&LACES - это не просто опен-эйр, это так или иначе эволюция нашей уличной культуры.


Я хотел бы в этом ключе нашу аудиторию немного образовать, поэтому в этом году мы готовим некую экспозиционно-выставочную часть, которая будет рассказывать про каждый год выставки очень подробно, очень детально, с разными артефактами и неопубликованными материалами, цитатами, комментариями, интервью наших хедлайнеров. Различными фото- и видео-материалами, которых никогда никто не видел, а их на самом деле в нашем архиве очень много. Я очень рад тому, что они не попали в сеть в течение этих десяти лет, потому что они, конечно, моментально обесценились бы. И как раз важно представить этот материал в виде живого проекта, будет несправедливо если он будет лежать на полке. Я хочу, чтобы люди пришли, посмотрели, поделились своим мнением. Мы, естественно, это все очень интересно представим. 


Large 1167479 568052046576235 773891930 o

Команда Faces&Laces 2013

Пользуясь таким случаем, я хотел бы еще раз рассказать про миссию FACES&LACES. Не только в юбилейном году, но и каждый год для нас очень важно показывать свой опыт взаимодействия с разными направлениями. Это и спорт, и экшн-спорт, и музыка, и искусство, и мода, и лайфстайл, и D.I.Y., и кастом-культура. Нам очень интересно как это все вместе работает здесь, в России, и чем мы отличаемся от другого, глобального мира. И мне очень важно показать, что мы отличаемся от другого мира. Во всех озвученных мною направлениях FACES&LACES есть локальная особенность, и надо этим гордиться. Очень хороший ежегодный пример – наши локальные участники, стенды и проекты, которые собираются ежегодно специально к выставке.


  • Height 523 95960002 F&L 2009
  • Height 523 f l 2007 select 15 F&L 2007
  • Height 523 f l 2008 2 F&L 2008

Могу сказать сразу, что выставка в этом году будет опять в Парке Горького. Многие, наверное, сейчас разочаруются, но я на самом деле счастлив, что мы остались в Парке, в центральной и важной локации для Москвы. Многие из молодой аудитории не знают тот факт, что первые пять лет наша концепция была в поиске очень необычных мест для проведения FACES&LACES. То есть мы всегда искали необычные споты, обязательную привязку к городу, непосредственно к городской среде, к городской культуре. Мы искали специально заброшенные места, которые забыты городом совсем, к которым нет внимания. Это никогда не было явным и порой очень плохо считывалось, но мы всегда старались привлечь внимание молодой аудитории, в том числе и внимание города к этим местам. Чтобы люди понимали историю своего собственного города, через историю подобной площадки.


Да, мы стали очень масштабными, и найти технически оборудованную площадку под такое большое событие в Москве очень и очень тяжело, тем более с каким-то интересным историческим бэкграундом, с интересной концепцией и аккуратным подходом к большим событиям. Мы сразу начали заниматься юбилейной выставкой после FACES&LACES 2015 в августе и стали искать возможные альтернативы. Провели огромную работу, объездили массу мест. Мы готовы были потенциально рассматривать любые другие места в пределах МКАД: это не обязательно должен был быть центр. Но на данный момент нет таких технически оборудованных и эстетически приятных, идеологически правильных локаций, поэтому мы и далее решили ориентироваться на Парк Горького. И я считаю, что ничего в этом плохого нет – это топовая площадка в Москве. По сути получается что у нас такой еще мини-юбилей, мы будем отмечать пятый год нашего сотрудничества с Парком. По сути, с Парком мы тоже проделали такой достаточно большой и интересный путь, нашим сотрудничеством мы гордимся. Но могу сказать, что локация в Парке Горького будет интересной и неожиданной. Классически, у нас будет опять большая музыкальная программа. Будет большая программа и по экшн-спортс, мы от этого никуда и никогда не уйдем. На данный момент, все те активности, которые мы обсуждаем с брендами, с крупными участниками нашей выставки, они все уникальны и все интересны по-своему. 




И я еще раз убеждаюсь в том, в насколько интересное время мы живем. Потому что за все десять лет у нас стояла задача убедить наших участников готовить уникальный контент. У нас контент не адаптирован и не скопирован с западных проектов, вcе создается исключительно и специально под FACES&LACES. Я хочу это отдельно подчеркнуть. То есть все, что вы видите на FACES&LACES, – это все сделано специально для события, для нашей аудитории. И мы обязательно эту тенденцию сохраним. 


Такой, может, тяжелый вопрос насчет кризиса. Выставки, как правило, такая хорошая лакмусовая бумажка, которая показывает, что в индустрии все не очень хорошо, или наоборот. Чувствуется ли уже сейчас влияние кризиса, так как вы от брендов все равно зависите?


Да, безусловно. Как ни крути, выставка – «кривое зеркало», но все-таки зеркало нашей индустрии. И каждый год мы можем видеть все процессы – и негативные, и положительные. Без этого никуда. Но я хочу особо подчеркнуть, что у выставки нет единоличного спонсора и никогда не было и не будет. У нас есть участники и партнеры, которые имеют равные возможности для самопрезентации у нас на проекте, в зависимости от своей категории. На мой взгляд это очень правильно, потому что работать под направлением одного спонсора, какого то бы ни было, наше мероприятие не может. Потому что индустрия и все культурные сообщества, которые мы представляем, очень идеологически разнообразны, и, порой, не могут быть адаптированы под желания какого-нибудь одного большого бренда или компании. Это дает нам определенную свободу и независимость, и благодаря этому мы можем очень интересно выстраивать нашу тяжёлую экономику проекта. 


Как ни крути, выставка – «кривое зеркало», но все-таки зеркало нашей индустрии. И каждый год мы можем видеть все процессы –  
и негативные, и положительные. 


Нельзя сказать, что по условиям 2016 год чем-то отличается от 2015. Естественно, ситуация усложнилась в последнее время, но не могу сказать, что нам было всегда легко. Всегда финансовые процессы были достаточно тяжелыми по одной простой причине, потому что мы не ориентируемся только на коммерческие проекты. Если бы мы хотели сделать наше событие, наше мероприятие коммерчески успешным, мы бы уже давно это сделали. В первую очередь нам бы хотелось сохранить изначальную идею, которую мы вкладывали в FACES&LACES десять лет, и мы боремся за эту идею из года в год. Поэтому 2016 год нас не особо пугает, он такой же тяжёлый как и все остальные. Мы всегда отказывались от коммерческой выгоды в пользу своих личных амбиций и более андерграундного контента. В основном наши крупные партнеры - это зарубежные компании, которые имеют отношение к мировому спорту и во многом зависят от глобальных направлений. Условия в этом году, конечно, усложнились по многим параметрам в связи с этим. Но могу сказать то, что нас это не удивляет и не пугает. В первую очередь потому, что вне зависимости от наших западных партнеров, к которым мы, безусловно, относимся с большим уважением, выставка на 90% состоит из локальных участников. А что бы там ни было, мы всегда будем поддерживать их и давать возможность представить себя.


  • Height 523 nike sportswear4 F&L 2007
  • Height 523 f l 2008 62  F&L 2008
  • Height 523 f l 2010 74 F&L 2009
  • Height 523 img 3093 F&L 2013

По-моему, это было на позапрошлой выставке, меня немножко поразил такой момент, что была работа Крейга Костелло (KRINK) и приходили всякие маленькие пацанчики с фломастерами и каждый хотел потегать на ней. Вы практически грудью защищали все эти работы, и доходило чуть ли не до драки. Я подумала, что по сути это же движение, которое вы же собственно и зародили когда-то, да? А сейчас, получается, вам приходится каким-то образом с ним же и бороться. Парадокс?


Это всегда было, есть и будет – в любое время. Конечно, многое зависит от кругозора, от воспитания аудитории. Я не могу сказать, что такие конфликты бывают часто. С каждым годом выставка становится в этом плане более организованной, и мы стараемся не давать повода для таких действий. Сейчас мы стараемся вообще по-другому смотреть на формат презентации работ художников такого уровня. 


  • Height 523 img 32422
  • Height 523 6c810a2565e6413ca6c734da10c57f44

То есть будете как в галерее обносить их красной лентой? Ставить охранника? 


Не обязательно ставить охранника, но все-таки мы должны проектировать пространство таким образом, чтобы не возникало желания испортить готовую работу уважаемого хедлайнера. Это наша непосредственная работа. Проблемных моментов такого плана в 2014-м и 2015-м году у нас не было. Мы пересмотрели формат подачи этих художников и обошлось без конфликтных ситуаций. Сейчас мы планируем совсем уйти от формата прошлых лет, надо двигаться дальше.


На мой личный взгляд, люди, которые ведут себя невежественно, есть в любой культуре и в любых субкультурных сообществах, и мы хотели бы с ними все-таки вести диалог, и их тоже как-то направлять и давать им понять, почему так делать не стоит. И это получается, на самом деле. Но тем не менее надо учитывать нюансы этих субкультурных сообществ. То есть в любом случае у нас на прошлой выставке были места, где желающие могли, без ущерба для участвующих художников и организаторов, потегать или порисовать. Но все-таки лучше уважать выставку, не заниматься самодеятельностью и пробовать подавать заявку на участие. Либо, если есть желание что-то сделать на месте, найти организаторов и попробовать получить такое место официально. Мы всегда готовы слушать и идти на встречу.


Как и участники, если говорить про художников, так и сами посетители, – это одно большое сообщество, там все друг друга знают, и очень всё зависит от того, какие отношения выстраиваются внутри. Поскольку сообщество очень маленькое, никто не видит смысла портить работу своего коллеги. Смысла просто в этом никакого нет. Соревновательный момент должен быть, но он должен быть не на FACES&LACES, он должен быть как раз на улице, в городе. И он там присутствует, в той или иной степени. Но тут надо учитывать, что, например, уличное хардкор-граффити, настоящее, которое сейчас на улице живет и существует – это достаточно агрессивная среда. Просто надо уметь выстраивать с ней отношения, коммуникацию. Это очень тяжело, но это нужно делать. Как правило, у нас на выставке есть среди хедлайнеров представители совсем андреграунд-граффити среды и просто уважаемые райтеры, которые очень многое сделали для культуры. И благодаря этому есть определенное понимание и уважение со стороны нашего локального, в том числе и молодого граффити сообщества. Всё постепенно прогрессирует. 


Large  30a7295

Последний вопрос – ты сейчас рисуешь?


Это для меня очень тяжелый и трагичный вопрос, и сентиментальный очень, потому что я в данный момент не активен как художник уже несколько лет. Хотя я очень активно интересуюсь тем, что происходит в уличной среде и на улице и стараюсь это анализировать. Стараюсь подходить к этому вопросу по-научному. Реализовываюсь творчески через свои галерейные и прочие проекты, как куратор, коллекционирую искусство. В этом плане тоже есть большое поле для личного творчества. И мне просто очень тяжело совмещать одновременно творчество и менеджмент. Очень тяжело, особенно в таком городе как Москва. Но без творчества, особенно без такого, которое ты создаешь своими руками, я реально плохо себя чувствую. Надеюсь, что рано или поздно я вернусь и на улицу, и буду работать в мастерской. Я знаешь почему себя уверенно в этом плане ощущаю? Потому что самое главное лично для меня – это не техника, а идея и концепция, как я говорил в самом начале. Когда нет идеи, тогда надо действительно задуматься над собой. 


Я бы сказала, что еще самое главное - это потребности. 


Свои собственные?


Ну да. То есть, если у тебя нет потребности, у тебя не возникает и идеи. 


Если тебе нечего сказать людям, зачем тогда вообще что-то делать? Мне есть что сказать, и у меня есть другие каналы, через которые я могу это сделать, но хочется всё-таки не убивать в себе художника, и я хотел бы продолжать работать в этом направлении. Я надеюсь, рано или поздно, вернусь к этому. У меня много идей и круто, что они есть. Было бы совсем плохо, если бы у меня не было всего этого опыта, десяти лет FACES&LACES. Было бы плохо, если бы не было вдохновения. Вдохновение присутствует повсеместно. Меня очень вдохновляет Москва. И несмотря на все сложности этого пространства, мне искренне хочется здесь заниматься творчеством. Я надеюсь, что рано или поздно я смогу распределить свое время так, чтобы уделять этому внимание. 


Выставка Faces&Laces пройдет в Парке Горького 6 и 7 августа 2016 года.


http://faceslaces.com/

https://www.facebook.com/FacesLaces/

https://vk.com/faceslacescom

https://www.instagram.com/facesandlaces/


Текст: Таня Чехова